Сайт материалов КОБ

О текущем моменте №8(80), 2008г

  1. На смерть Солженицына
  2. Проблемы Грузии
    1. Грузино-осетинский конфликт
    2. Локальный масштаб рассмотрения
    3. Глобальный уровень рассмотрения
    4. «Крутые патриоты»: в России и в Штатах
  3. Главная проблема России
  4. Через водораздел эпох

 

Скачать архив (rar)
Скачать pdf — 641 Кб
Скачать fb2 — 213 Кб
Скачать odt — 293 Кб
Скачать epub — 322 Кб

 

1. На смерть Солженицына

Издание некоторых газет, журналов и даже книг может

приносить выгоду. — Козьма Прутков.

 

3 августа, в ночь на 4, умер Солженицын — Александр Исаевич. Официоз россионской скорби был почти что на уровне прошлогоднего, когда умер первый «всенародно избранный» п-резидет РФ Б.Н.Ельцин: «завершилась эпоха», «ушёл пророк!», «не поняли, не оценили своевременно», «безмерна скорбь и невосполнима утрата» и т.п. в стиле «о покойниках — либо хорошо, либо ничего». А если по правде, а не по лжи? — Тогда вывод краткий: ушёл кумир благонамеренных бессовестных идиотов.

Всё же в чём «феномен» явления Солженицына? — в том, что большинство не пожелало понять его роль, которая весьма отличается и от лубочных картин как «за», так и «против». Недовольные им и его произведениями доказывают, что в ГУЛАГе он был «стукачом», другие возражают, что «ум, честь и совесть нации» каким-то чудом выжила в ГУЛАГе, а вовсе не потому, что «стучала». Однако если по жизни, то А.И.Солженицын стал «стукачом» до попадания в ГУЛАГ.

Вернёмся в 1945 год.

Первое. Всякий нормальный человек обязан был в то время помнить, что в 1930 годы, после того, как большевики под руководством И.В.Сталина избавились от Л.Д.Троцкого, реально имевшему место вредительству со стороны противников социализма, стала сопутствовать массовая эпидемия психоза сверхподозрительности, доносительства, сведения личных счётов посредством вызова «услуг НКВД». Причём маршал авиации А.Е.Голованов — создатель дальнебомбардировочной авиации в годы Великой Отечественной войны, из которой впоследствии выросла современная стратегическая, — сам едва не погибший в репрессиях удивлялся не тому, что эта эпидемия сверхподозрительности и сведения личных счётов посредством вызова «услуг НКВД» охватила всю страну, а тому, что И.В.Сталин смог её остановить.

Второе. Всякий нормальный фронтовик не мог не знать, что все письма с фронта проходят цензуру.

В таких условиях написать в письме другу что-либо о Сталине как о человеке, политике и верховном главнокомандующем, что не соответствовало официальному агитпропу, прежде всего прочего — подставить под удар адресата.

Написав то письмо, из-за которого он оказался в ГУЛАГе, А.И.Солженицын сделал именно это: он настучал на своего адресата, и это даёт основания думать, что вряд ли А.И.Сол­же­ни­цын относился к нему как к другу. Поклонники Солженицына о судьбе этого человека не вспоминают. Однако “сверхбдительные” посадили не только А.И.Солженицына, но и его адресата — Н.Д.Виткевича — с подачи «ума, чести и совести» отечественной либеральной интеллигенции.

Сделал это А.И.Солженицын сдуру, т.е. по наивности, либо по умыслу? — Есть основания полагать, что по умыслу: сбежать с фронта в ГУЛАГ, поскольку на фронте и убить могут. А в ГУЛАГЕ шансов выжить больше — тем более прохиндею.

Вот оценка этого эпизода самим А.И.Солженицыным в 2003 г.:

«Сразу после «Архипелага» КГБ привлёк для международных интервью и моего однодельца Н.Д.Виткевича (мы с ним сели за нашу перефотографированную цензурой переписку 1944 года, насквозь антисталинскую) — и вот, восстановленный в компартии, он перекладывал вину на меня («Телёнок», с. 665 — 666) и по западному радио заявлял, что никаких таких ужасов в Гулаге не происходило. Тут прибегли к такому разительному доводу (и его подхватили сейчас, в травле 2003 года!): что Виткевич был присуждён к 10 годам лагерей, — то была стандартная выпечка фронтового трибунала, но не было ему добавочного привеска, а я, по ОСО, получил — лишь 8 лет лагерей, — но умалчивали, что — с добавкой вечной ссылки. (Нынешние старатели идут ещё дальше: мол, Виткевич 10 лет махал кайлом на Воркуте, в то время как Солженицын отсиживался на шарашке, — Виткевич же прибыл на ту же Марфинскую шарашку осенью 1948 и оставался на ней и после того, как меня оттуда услали в 1950 в Особые лагеря Степлага. Всего он отсидел, при зачётах, — 9 лет, я, со ссылкой, — 11.)» (“Александр Солженицын: Потёмщики света не ищут”, “Комсомольская правда” 22.10.2003 г.: http://www.kp.ru/daily/23142/24172/print/).

— В общем, если верить А.И.Солженицыну, то Н.Д.Виткевич чуть ли не сам во всём и виноват: и что сам сел, и в том, что А.И.Солженицына вместе с ним «замели», да и приговор ему был строже…

 


Рассказывают, что А.И.Солженицын служил в артиллерии и был командиром батареи. У непредвзятого читателя после таких сообщений сразу перед внутренним взором встают образы пушек на прямой наводке, отражение танковой атаки, рукопашный бой артиллеристов с пехотой, ворвавшейся на позиции вслед за танками, или что-то подобное тому, что они видели в фильмах “Горячий снег” или “Они сражались за Родину”. Однако такой бой не имеет к Солженицыну никакого отношения.

Среди артиллерийских батарей в годы Великой Отечественной войны были и батареи инструментальной разведки — звукометрии. Это было самое надёжное средство выявить СТРЕЛЯЮЩИЕ батареи противника. Звукометристы развёртывали на местности систему микрофонов, которые принимали акустическую волну от выстрела, сигнал записывали и обсчитывали, на основании чего получали координаты стреляющих батарей противника даже в условиях поля боя, изрядно насыщенного артиллерией. Это давало возможность при хорошей организации управления войсками начать подавлять своим артиллерийским огнём батареи противника после одного — трёх залпов врага.

Поэтому звукометристами дорожили, — и в целях обеспечения безопасности их боевой работы — они дислоцировались в ближних тылах, а не на передовой, и тем более не в первой линии окопов. Их размещали так, чтобы они не оказались и вблизи объектов, которые могут быть подвергнуты налётам вражеской авиации и артобстрелам. При отступлении их выводили из района боя одними из первых, при наступлении они шли за войсками первой линии. Т.е. делая своё важное дело, с противником непосредственно они соприкасались в боевой обстановке только в каких-то чрезвычайных случаях, а для противодействия ему имели только стрелковое оружие — карабины и личное оружие офицеров.

Однако А.И.Солженицыну «повезло»: немцы врезали, фронт покатился назад, управление войсками было на некоторое время потеряно — представилась возможность проявить геройство. Но геройство проявил не он, а старшина батареи, который её и сохранил, выведя в тылы. Почему это не сделал её командир Солженицын, который появился в расположении батареи потом, — вопрос открытый: «война списала» (не до таких мелочей было).

Но этого эпизода А.И.Солженицыну хватило: он понял, что на войне за чуждый ему социализм (сам-то происходил из клана не последних богатеев России, хотя и не из главной ветви: дядюшка накануне первой мировой владел одним из девяти «Ролс-Ройсов», наличествовавших в империи) могут и убить, и тогда не исполнится «идея фикс» — мечта с детства: войти в историю мировой литературы в качестве Достоевского или Толстого ХХ века.

Вот под воздействием всего этого он и написал письмо с порицаниями в адрес Сталина “другу”, которого ему было не жалко принести в жертву осуществлению своей честолюбивой мечты, поскольку точно рассчитал, что с фронта заберут, а в ГУЛАГе он выживет гарантировано. ГУЛАГ не был «фабрикой смерти», работавшей на уничтожение как можно большего количества людей в кратчайшие сроки: хотя зэков действительно ГУЛАГ эксплуатировал на стройках и труд их был дёшев, часто вреден для здоровья и опасен в силу специфики его организации, а без злоупотреблений в отношении них не обходится ни одна тюремная система, но прохиндеи в ней выживают гарантированно — конечно, если это не фабрика смерти, в которой очередная партия прохиндеев начинает работу с того, что ликвидирует своих предшественников, как это было во многих концлагерях гитлеровской Германии. Так А.И.Солженицын сбежал с фронта в ГУЛАГ, чтобы гарантированно выжить. А то, что друга заложил, — так это мелочи на фоне спасения драгоценной жизни будущего великого писателя.

Версия о том, что Солженицын струсил в окружении и после него сбежал в ГУЛАГ с фронта, была впервые высказана в книге чешского журналиста Томаша Ржезача “Спираль измены Солженицына” (Москва, «Прогресс», 1978 г.), которая однако не предназначалась в СССР для массовой продажи, а была распространена чуть ли не персонально адресно среди тогдашней «номенклатуры», поскольку тоже представляла собой один из актов спецоперации «Великий писатель», проводившейся КГБ. В книге много заведомого фальсификата, но всё же эта версия попадания Солженицына в ГУЛАГ представляется нравственно-психологически достоверной:

После психоза доносительства и “сверхбдительности”, охватившего страну в тридцатых годах, в условиях действия военной цензуры — результатом порицания Сталина в письме с фронта могло быть только попадание и отправителя, и адресата в ГУЛАГ. И Солженицын, если он не безнадёжный идиот, не мог этого не знать и не предвидеть последствий своей переписки; не будучи безнадёжным идиотом, он мог это сделать, только будучи одержимым (в церковно-инквизиторском понимании этого термина).

Кто не согласен с изложенным — пожалуйста: идите в архивы, работайте и найдите хотя бы в официальных историях тех войсковых частей, в которых служил «герой», хоть что-то о его подвигах, а ещё лучше — воспоминания сослуживцев и подчинённых.


 

Однако и как писатель — он хорошо раскрученный графоман, но не писатель-познаватель, не писатель-учитель, и тем более — не пророк.

Из ГУЛАГа А.И.Солженицын вышел с темой — ставшей актуальной и заказной после ХХ съезда. И с выходом в свет «Одного дня Ивана Денисовича» вкусил удовлетворения честолюбия. А дальше простой вопрос: Кто был заинтересован в крахе диктатуры Политбюро? — в данном случае речь идёт не о недовольстве диктатурой Политбюро того или иного интеллектуала в СССР или за его пределами. Речь идёт о недовольстве хорошо организованных компетентных в политике силах? — ответ простой:

  1. ЦРУ США — поскольку СССР мешал США грабить «третий мир» и
  2. КГБ СССР — поскольку «идиоты» из аппарата ЦК объективно мешали более компетентным прохиндеям, а главное — посвящённым в делание мировой политики — в составе внутренних мафий КГБ удовлетворять их политико-экономические потребности.

А.И.Солженицын как литературное явление без разводняка со стороны КГБ, желавшего смести «идиотов» из Политбюро, и партнёрской заинтересованности ЦРУ, желавшего того же самого, был бы невозможен.

И те, и другие понимали: Ленин прав — идеи становятся материальной силой, когда они овладевают массами. Соответственно для решения поставленной задачи нужен подходящий генератор идей, который бы стал кумиром для толпы оппозиционеров и запрограммировал бы их психику желательным образом.

КГБ нашло такого в лице А.И.Солженицына и подставило его ЦРУ для дальнейшей разработки темы, после чего обе спецслужбы (каждая в своих интересах) раздули амбициозного графомана совместными усилиями в писателя мировой величины, играя на его честолюбии и ненависти к так называемому «коммунизму», которую КГБ не забывал поддерживать на должном уровне своими казалось бы «идиотскими наездами» типа книги Томаша Ржезача (если бы «пророк Исаич» действительно бы мешал внутренней мафии КГБ и они решили бы, что его следует ликвидировать, то убили бы; а через несколько лет о Солженицыне бы помнили только его коллеги-диссиденты).

 


Если же говорить об историко-социологических воззрениях, выраженных в произведениях А.И.Солженицына, то он знал, с чьей руки кормится, и на хозяев не лаял.

Последнее необходимо пояснить: есть темы, которых невозможно миновать, если человек предметно и непредвзято — свободно — занимается изучением истории своего народа в истории человечества. После этого он оказывается перед выбором: сказать о них во всеуслышание, и создать себе множество житейских неудобств, а то и гарантированно получить «по голове»; либо о них молчать, работая на политическую конъюнктуру того или иного «соцзаказчика» — всем «соцзаказчикам» нужны соответствующие их интересам компетентные и не бездарные историки, социологи и прочая интеллектуальная обслуга.

Непредвзятое соотнесение истории и политики с тем, что написал А.И.Солженицын, показывает, что он очень хорошо чуял, о чём молчать, а о чём кричать, дабы его провели из множества графоманствующих пешек в «ферзи» мировой литературы.

В частности, если предметно и непредвзято заниматься изучением истории любого государства в потоке всемирной истории, то неизбежно соприкосновение с проблематикой роли масонства и вопросом о происхождении Библии и исторически сложившихся псевдорелигиозных культов на её основе — тому примером в прошлом деятельности А.Нечволодова (автор книги “От разорения к достатку”, СПб, 1906 г.), А.Селянинова (автор книги “Тайная сила масонства”); в настоящем, работы ВП СССР — тоже результат такого непредвзятого изучения и осмысления всемирной истории в инициативном порядке (всё началось с рабочих материалов под названием “Разгерметизация”, посвящённых анализу глобального исторического процесса, — некоторые разделы “Разгерметизации” опубликованы).

Если до этой проблематики исследователь не доходит, то он — либо верхогляд, не способный «увидеть лес за деревьями», либо — ангажированная марионетка, которой манипулируют, либо и то и другое: такие оценки справедливы, по крайней мере, — со второй половины ХХ века, когда процесс глобализации стал непосредственно ощутим практически в каждой деревне в любом уголке мира.

Если же в суть этой проблематики вникнуть, то неизбежно встанет вопрос:

Движимый честолюбием А.С.Солженицын избрал третье: осознанно либо не осознанно — значения по своим последствиям не имеет.

Но чтобы говорить об этом предметно, надо соотносить его писанину на исторические темы (“Красное колесо”, “Двести лет вместе”, “Архипелаг ГУЛАГ” и прочее) с тем, что можно узнать и понять о реальном течении истории из других источников. Однако обличать графомана в графоманстве и в предельно аккуратной работе на определённый «соцзаказ» — не самое интересное и полезное дело: этим можно заниматься только в исключительных случаях. Если же проводить параллели между творческим наследием Л.Н.Толстого и графоманством А.И.Со­лже­ницына, то, конечно:

А что касается воззрений А.И.Солженицына в области экономики, выраженных в рекламируемой в своё время статье «Как нам обустроить Россию?», особенно в её разделе “Хозяйство”, то это — либо его искренне-неподдельное слабоумие, либо Солженицын, вконец обнаглев, всех читателей за безпросветных дураков держал.

В общем-то университетское образование в области математики, которое он получил ещё до войны, позволяет построить балансовые модели экономики и работать с ними на основе аппарата математической статистики и теории вероятностей. Если это делать математически грамотно и экономически честно, а кроме того, — понимать истинные политические стратегии «великих держав и их заправил», — то написать ту мерзость, что написал А.И.Солженицын под заглавием «Как нам обустроить Россию?», — невозможно. Ну а если графоманствовать — тем более под «социальный заказ», то можно и не такое написать: как показывает история, «пипл» «схавает».

Но в России не все «пипл»…


 

Ну а что касается самого А.И.Солженицына, то — помер, исчерпав биологический ресурс организма, так не сумев к своему почти что 90-летию выйти из программы фамилии со-ЛЖЕ-ницын и покаяться за содеянное им на протяжении его долгой жизни. Для родных и близких его смерть, конечно, — горе. Но раздувать это семейное горе в общенародную потерю — злонамеренность и идиотизм.

Если говорить о нём как о явлении в психологической жизни общества, то есть затрагивать вопрос о его «эгрегориальном статусе» — роли и месте в ноосферной алгоритмике, в которой живёт человечество в целом и всякий индивид, то А.И.Солженицын, Д.С.Лихачёв, Л.Н.Гумилёв, А.Д.Са­харов — видятся как исполнительные элементы разных ветвей либерального эгрегора. То же касается и митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна, хотя он олицетворял собой «православно-патриотический», а не либеральный эгрегор. Но в целом это всё — разные ветви библейского эгрегора. По отношению к каждой из его ветвей все они — «вывески» над «входами» в эгрегор для толпарей, а «вход» через прочтение их писанины и признание её истинной (это вход по-большому), а вход по-малому на уровне «дойной коровы», подпитывающей эгрегор своею энергетикой, это — просто преклонение перед ними как кумирами без обязательного прочтения чего-либо из их писанины.

 


Однако же одна из проблем России состоит в том, что слишком много «пипла» в органах государственной власти: так руководство партии “Единая Россия” заявило официально, что оно “прониклось” и теперь движимо идеями Солженицына:

«“Напомню, что в программных документах “Единая Россия” уже заявляла о приоритете сбережения народа, то есть партия уже опирается на идеи Александра Солженицына в своей работе. Наследие Солженицына будет востребовано нашей партией и в дальнейшем, в первую очередь для укрепления нашей идеологической базы”, — сказал спикер Госдумы. По его словам, одним из актуальных направлений деятельности Центра социально-консервативной политики — идеологической площадки “ЕР” — должно стать изучение и осмысление наследия знаменитого писателя и общественного деятеля» — сообщила газета “Московский комсомолец” 15 августа 2008 г. (http://www.mk.ru/blogs/MK/2008/08/15/srochno/366420/).

Если на основе «идей Солженицына» кто-то вдруг искренне решит начать «сберегать народ», то таким образом народ можно даже уничтожить. Не годится сбережение народа на основе идей «пророка Исаича» для возрождения России. Хотя в некой глобальной политической интриге ссылки на А.И.Сол­же­ни­цына вполне сойдут для введения в заблуждение «мировой общественности» — однако при условии, что за душой у «партии власти» есть жизненно состоятельная концепция модернизации страны, включающая в себя не только программу борьбы с коррупцией и программу инвестиций в разные отрасли экономики, эффективность которых идейно должен обеспечить социальный шаманизм РПЦ и “пророк” её новой эпохи Солженицын, чьё творчество вместе с законом “божьим” под видом “Основ православной культуры” должны по мнению некоторых интенсивно изучать все школьники и студенты.

А что касается претензий А.И.Солженицына и его поклонников к пресловутому «коммунизму» и “коммунистическому” режиму, то В.О.Ключевский дал ответ на них в своём афоризме задолго до рождения «пророка Исаича»: “Общество праведного общежития, составленное из негодяев”.

Иными словами, в чём проблема: в ложности идеалов? либо в том, что идеалы истинны, но неосуществимы в обществе негодяев?

Но «лэйбл» «Солженицын» — антирусский по его существу — востребован не только “Единой Россией”:

«Поступила информация, что в составе грузинской армии действует батальон спецназа имени А.И.Солженицына. Батальон разгромлен» (А.Проханов “За нашу Родину — огонь, огонь!”, газета “Завтра”, № 33 (769). 13 августа 2008 г.:

http://zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/08/769/11.html).