Сайт материалов КОБ

5. Авангард и организатор паразитизма в Россионии

В наши дни авангардом и непосредственным организаторами паразитизма во всём мире и в постсоветской Россионии являются юристы: законодатели и толкователи законов применительно к конкретике жизни.

«Гибель демократии — это Законодатель, который считает, что его делом является принятие как можно большего числа законов на все случаи жизни. Поясню не спеша и с вопроса: должны ли эти законы государства быть понятны любой кухарке? Так же естествен и ответ: безусловно, по-другому быть не может! Ведь эти документы Законодатель принимает от <имени> народа, а значит, и от её имени, посему не может быть в стране законов, не понятных каждому грамотному человеку. Кроме того, ведь именно народ сам обязан эти законы и исполнять. Если в государстве будут законы, непонятные любому грамотному человеку, то это государство нельзя назвать государством народа, государством демоса, демократическим государством. Ну как народ может исполнять законы, сути которых он не понимает?

А теперь вопрос: выгодно ли иметь понятные народу законы недобросовестным чиновникам государственной бюрократии? Конечно, нет! Ведь если народ не понимает, что от него требуют законы, то он вынужден обращаться с вопросами к чиновникам, чтобы те объяснили ему, как поступать в данном конкретном случае. И человек будет поступать не по закону, а по тому, как ему чиновник объяснит. При непонятных законах чиновники и юристы, которые не сеют и не пашут, получают большущий кусок хлеба с маслом от народа, который сеет и пашет. Для общества они паразиты, и общество могло бы легко обойтись без них, если бы потребовало от своих вассалов-законодателей принимать только понятные для каждого человека законы.

Есть ещё один аспект. Допустим, законы понятны каждому, но их великое множество — просто невозможно запомнить. Что из этого следует.

Любые законы требуют от всех нас какого-то не свободного, а особого поведения. При этом, наше поведение, а значит, и наша свобода, будут в чем-то ограничиваться. КАЖДЫЙ ЗАКОН — ЭТО ОГРАНИЧЕНИЕ НАШЕЙ СВОБОДЫ. И чем больше в стране законов, тем меньше в этой стране свободы, даже если это законы о защите свободы. Идея о том, что свобода защищается законами — бредовая. Полная свобода реализуется тогда, когда нет ни одного закона и человек ничем не ограничен. В нормальном, демократическом, свободном государстве просто не может быть много законов, и наоборот — в государстве, где властвует бюрократия, законов будет миллион.

Вспомним, что в СССР было минимальное количество законов, которые касались всех граждан: уголовный и гражданский, уголовно-процессуальный и гражданско-процессуальный кодексы, кодекс законов о труде. Было ещё несколько специфических кодексов, которые мало кому требовались. Поэтому в СССР практически не было юристов: они были просто не нужны.

Если законов в государстве мало, они коротки и абсолютно понятны тому, кто обязан их исполнять, — народу, — то можно говорить, что в таком государстве нет засилья бюрократии и оно похоже (но не более) на демократическое» (18.12.2009, Юрий Мухин, “Принцип написания Конституции”, http://forum-msk.org/material/politic/2008571.html).

Однако этому юристов не учат. Но есть ещё один аспект юриспруденции, которому юристов тоже не учат:

Всякое законодательство создаётся под определённую концепцию, порождаемую и проводимую в жизнь носителями концептуальной власти. Соответственно в законодательстве любого общества можно выделить следующие составляющие:

В силу того, что юристов не учат тому, что представляет собой метрологическое обеспечение деятельности, не учат метрологически состоятельной достаточно общей (в смысле универсальности применения) теории управления, не учат теории алгоритмов, то писать управленчески состоятельные законы они в их большинстве не способны. И эта специфика юридического образования в условиях постсоветской России сделала юристов-профессионалов авангардом паразитизма. Это обстоятельство приводит к вопросу о социальной гигиене.