Сайт материалов КОБ

«О текущем моменте» № 1 (117), февраль 2015 года

Понимание настоящей записки предполагает прочувствованное знание содержания следующих работ ВП СССР: «Про войны» (2014 г.), «Про политику» (2014 г.), «Ихр кампф» против человечности» (из серии «О текущем моменте» № 1 (112), март 2014 г.), «США и остальной мир: перспективы глобального противостояния» (из серии «О текущем моменте» № 5 (116), 2014 г.), «“Сад” растёт сам?..» (сводный текст аналитических записок из серии «О текущем моменте» №№ 4 — 6 (88 — 90), 2009 г.), «Введение в конституционное право» (2013 г.), «Последний гамбит» (2002 г.), «Смута на Руси: зарождение, течение, преодоление…» (2007 г.).

1. Глобальный уровень: ожидания краха мирового порядка и уверенность в том, что его не будет…
2. Взаимоотношения региональных цивилизаций.
2.1. Запад — Россия.
2.2. Украина как часть Русского мира: переведи меня через майдан…
2.3. Россия.
2.3.1. С точки зрения «мирового сообщества» либералов-интернацистов
2.3.2. Что не вписывается в формулы, доступные миропониманию Обамы и его хозяев.
2.3.3. Социальная психодинамика России: государственность и общество.
2.4. Россия и глобальный «антиамериканизм».
Заключение: главным образом для тех, кому слабо прочитать более 2‑х страниц.

1. Глобальный уровень: ожидания краха мирового порядка и уверенность в том, что его не будет…

Рис. 1. «Процесс пошёл» — вопрос только: Куда?

Рис. 1. «Процесс пошёл» — вопрос только: Куда?

По отношению к политике люди делятся на три категории: 1) политически безучастные, участь которых — быть жертвами политики, 2) за­ин­те­ре­­со­ванные наблюдатели и оценщики-коммен­таторы, дополняющие политически безучастных в списках жертв политики, 3) практикующие политики (и это не только государственные деятели, чьи слово и подпись придают властную силу тем или иным документам, но и те, кто добивается намеченных политических результатов иными средствами). Редакция журнала «The Economist» подкинула занятие для принадлежащих ко второй категории — гадать и обсуждать, какой скрытый от «непосвящённых» смысл заложен в коллаж на обложке первого номера этого журнала за 2015 г. Вопрос действительно для многих интересный, и поиск ответа на него занял их время, хотя на наш взгляд это время можно было употребить с большей пользой.

Прежде всего «дешифровщиков» хотелось бы спросить о другом: как они представляют себе процесс шифрования некоего сообщения «от Ротшильдов» в такой коллаж? — Это что: пришёл человек «от Ротшильдов» с пакетом, уединился в кабинете с художником журнала, и потом они долго обсуждали как фрагменты текста послания «от Ротшильдов» в какие образы вложить так, чтобы эту обложку потом «знающие» люди могли бы расшифровать адекватно тому, что было в исходном текстовом сообщении «от Ротшильдов»? Либо человек «от Ротшильдов» привёз или переслал готовый коллаж вместе приказом (в форме предоплаты) поместить его на обложку?

Кроме того, есть ещё два вопроса, на которые надо дать ответ, чтобы получить ответ на вопрос о реальной значимости обложки 1 го номера «Экономиста» за 2015 г. в текущей глобальной политике:

Мнения о том, что бы значил этот коллаж (за редкими исключениями), можно разбросать по двум корзинам, поскольку они связаны с одним из двух крайних мнений:

Образно-иносказательные системы кодирования информации действительно существуют, они действительно используются для передачи сообщений. И более того, они используются для управления толпой в обход контроля сознания, если образный ряд связан с выявленными психологами образными представлениями о жизни социальных групп, на которые предполагается оказать воздействие. При этом такого рода картинки, привлекая к себе внимание или просто западая в бессознательные уровни психики, собирают соприкоснувшихся с ними индивидов в эгрегоры, и далее процессы социальной психодинамики текут сами собой на основе того информационно-алгоритмического обеспечения поведения людей, которое сформировалось в их психике к началу очередной фазы активности процесса и которое в психике подавляющего большинства людей меняется крайне медленно вследствие того, что они не умеют чувствовать жизнь и думать.

Но большей частью в такого рода явлениях иносказательных картинок выражается социальная психодинамика, т.е. процессы ноосферные, и прежде всего — протекающие в человеческом сегменте ноосферы, а не чей-то индивидуальный умысел.

Поэтому лучше не гадать о перспективах по ноосферным проявлениям в публикациях СМИ, вне зависимости от того, насколько широко известны стали эти публикации, а обратиться к анализу жизни непосредственно.


Обратимся к рис. 2 (ниже по тексту). Он был впервые опубликован в работе ВП СССР «“Грыжу” экономики следует “вырезать”» ещё в 1997 г. Мировая экономика ему полностью соответствует. Годовой «товарооборот» её спекулятивного сектора на порядки превосходит товарооборот её реального сектора. Именно это называется «модерном» и «постиндустриальным обществом». В глобальных масштабах это всё работает на обращении доллара США и на правилах конвертирования доллара и национальных валют. Эмиссию доллара осуществляет «частная лавочка» под вывеской «Федеральная резервная система США», которая ссужает доллары (в том числе и вновь эмитированные) под процент всем заинтересованным лицам, включая и государственность США.

Рис. 2. Финансовые взаимосвязи реального и спекулятивного секторов экономики и сферы внепроизводственного потребления.

Рис. 2. Финансовые взаимосвязи реального и спекулятивного секторов экономики и сферы внепроизводственного потребления.

Для подавляющего боль­шинства стран, не относящих­ся к числу экономически развитых проверенных временем и аттестованных «ми­ровым сообществом» «де­мократий» (США, Канада, государства Западной Европы, Австралия) и не обладающих де-факто полнотой суверенитета, участие в этом возможно только на принципах «Вашингтонского консенсуса», которому обычно сопутствует система «currency board, которая прямо требует привязки эмиссии национальной валюты к размерам долларовых резервов. Фактически это означает, что в таких странах все активы уже котируются в долларах, а внутренний инвестиционный ресурс отсутствует». Принцип currency board со всеми вытекающими из него последствиями действует и в постсоветской России

Эмиссия доллара под процент имеет следствиями:

В результате этого номинальное значение заведомо неоплатного долга в системе, представленной на рис. 2, растёт многократно быстрее, нежели объёмы производства в реальном секторе, а покупательная способность доллара падает, обесценивая тем самым долларовые накопления стран-участников этой системы.

Нарастание заведомо неоплатного долга — это фактор, с которым на протяжении уже почти 20 лет связаны ожидания краха долларовой системы. Но встаёт вопрос, что может спровоцировать крах, в результате которого доллар перестанет быть мировой валютой?

Таких факторов два:

  1. Прекращение эмиссии доллара, под воздействием чего наличествующая в обращении долларовая масса спустя некоторое время окажется недостаточной для обслуживания товарооборота на всех рынках рис. 2, поскольку цены на них будут продолжать расти под воздействием ссудного процента по прошлым и вновь выдаваемым кредитам;
  2. Предъявление требований по оплате долгов в объёме, большем, нежели некий критический уровень, и затрагивающем все страны — участники системы долларового обращения (в том числе и США, которые, допустив создание Федрезерва в 1913 г., утратили финансово-экономический суверенитет).

Оба названных выше фактора (прекращение эмиссии доллара и синхронное предъявление требований по оплате долгов) — управляемые факторы, причём управляемые не США, а мировым банковским сообществом и его хозяевами.

Это глобальная социальная группа достаточно малочисленная и вышколенная (в аспекте хранения корпоративных секретов) для того, чтобы не морочить себе головы, публикуя некую «шараду» на обложке «Экономиста»: кого надо — если что — оповестят прямо, и никаких утечек, на которые прочее общество (запредельно невежественное в вопросах управления вообще и управления экономикой, в частности) было бы способно отреагировать, — не будет. А слить какую-либо информацию, чтобы отвлечь внимание толпы (в том числе и политических аналитиков, биржевых игроков и т.п.), дабы они не мешали осуществлять реальные планы — это одна из составляющих системы глобального управления.

Управляемость двух названных факторов, которые можно дополнить монопольным правом корпорации на прощение (т.е. на списание долгов без оплаты) позволяет функционировать этой системе в принципе неограниченно долго, если не привлекать к рассмотрению воздействие внефинансовых факторов: природных и социальных. Вопрос только в масштабе цен. Но даже если под воздействием эмиссии доллара и роста цен счёт пойдёт на миллиарды за корзину продуктов в гипермаркете, что психологически дискомфортно, то можно провести деноминацию доллара и в глобальных масштабах, после чего система снова сможет долго функционировать до очередной деноминации. Конечно, грыжу экономики можно защемить без умысла ненароком, и тем самым вызвать крах долларовой системы, но вероятность самореализации такого события — крайне мала.

Кроме названных может сработать ещё один фактор — отказ некоторой совокупности государств-участников от доллара в своих взаиморасчётах и сброс ими долларовой массы и продажа долговых обязательств США, при условиях:

Т.е. в любом из вариантов крах глобальный долларового обращения может быть только политически мотивированным и управляемым. А те, кто держат рычаги управления, в случае принятия решения об управляемом крахе долларового обращения и опускании «Пиндостана» на уровень региональной державы с последующим расчленением на основе признака этнического доминирования населения в разных обломках нынешних США — не имеют надобности уведомлять об этом наиболее догадливых заранее, публикуя в СМИ «шарады». Но реализация такого политического решения предполагает заранее известный для его инициаторов ответ на вопрос: А что будет потом? — «Потом» не вообще, а сразу же после обрушения долларовой системы и опускания «Пиндостана» на уровень региональной державы, поскольку даже хаос должен быть управляемым.

«Заранее известность» ответа на вопрос «Что потом?» предполагает сосредоточение определённых ресурсов и развёртывание структур, которые при переходе объекта управления (мировой экономики или её сегмента, отказавшегося от доллара) в режим «потом» должны немедленно вступить в действие, а в ряде случаев — вступить в действие упреждающе.

Вопрос «Что потом?» требует анализировать не столько проявления в публикациях СМИ ноосферных процессов, сколько факты жизни обществ. А кроме того, надо целенаправленно создавать такого рода факты, т.е. ресурсы и системы, которые при наступлении «потом» (а лучше, профилактируя наступление неприемлемых вариантов «потом») начнут действовать.

Последнее касается и ответа на вопрос: Почему реализовалась Директива СНБ США 20/1 от 18.08.1948 г. «Наши цели в отношении России»? — а единственно потому, что в СССР ни на уровне государства, ни на уровне общества не было ответа на вопрос «А что потом?», и тем более — не было ответа на вопрос «А как успешно профилактировать реализацию этой директивы?». И это при том, что общий тираж публикаций выдержек из этой директивы в разных изданиях книги Н.Н.Яковлева «ЦРУ против СССР» составил порядка 20 млн. экз.